Веселые русские туристы или не всегда нам хорошо, когда нам весело

1104

70

Небритый турецкий таксист, наконец, понял куда ехать, для вида, чуть обиделся на мое приблизительное произношение, вдарил по газам, и мы с легкой пробуксовкой вписались в горячий ночной стамбульский поток.

Для начала, сын Юра, привычно поискал ответную железячку ремня безопасности, но ее как всегда не оказалось, тем более на заднем сидении, видимо пристегиваться в Турции считается такой же глупостью, как и пользоваться кремом от загара в безлунную ночь. Таксист снисходительно покачал головой в зеркало заднего вида.
Мы с Юрой весело захихикали.

Турок на никудышным английском спросил:
— Фром Раша?

Я, на еще более жутком, ответил:
— Ноу, уи фром Норд Кореа.

Мы опять захихикали.
И грустный таксист, спотыкаясь и вставляя турецкие слова, продолжил развивать свою мысль:
— Я уже много лет вожу русских туристов и все время удивляюсь — ну почему вы всегда такие веселые и у вас всегда все О.К? Вот у меня еще ни разу в жизни не было все О.К.

И откуда вы, русские, только деньги берете? Катаетесь по миру, скупаете дорогие вещи, развлекаетесь, загораете и никаких у вас проблем. У моего сына, кстати говоря, сегодня день рождения, пятнадцать лет, а я, вместо того, чтобы сидеть с ним сейчас за праздничным столом, везу вас, таких веселых, в Аксарай, пытаюсь заработать пару лир для своей семьи. Такая вот несправедливая штука жизнь. Щит…

Заунывная турецкая попса в магнитоле внезапно сменилась Синатрой, Фрэнк грустно и бархатисто запел о своем пути.
Я попросил ничего не трогать, а включить чуть-чуть погромче и мы все замолчали, любуясь спонтанным клипом из Синатры вперемешку с потрясающими красотами ночного Стамбула.

Наверное музыкой навеяло, но в тот момент, мне вдруг вспомнился один счастливый и загорелый русский турист по имени Вадик, у него тоже всегда было все О.К.

А поскольку мой английский не позволил рассказать эту историю грустному турецкому таксисту, да и песню портить не хотелось, расскажу ее вам.

Лет двадцать тому назад, я был еще студентом и довелось мне отдыхать в крымском санатории львовских железнодорожников с очень креативным названием — «Львовский Железнодорожник»

Там я и познакомился с Вадимом, он поселился в номере напротив. Высокий добродушный парень лет двадцати пяти, с веселыми глазами и заводным характером. Все вокруг, в том числе и я, смотрели на Вадика немножко завистливыми глазами турецкого таксиста. Уж очень парень был весел, игрив, да к тому же при деньгах.

Он частенько собирал большую компанию знакомых и даже полузнакомых парней и девчонок и тащил всех нас на набережную, чтобы напоить шампанским и до отвала накормить шашлыками из осетрины, а того, кто пытался расплатиться самостоятельно, чуть ли не за грудки хватал, обижался.

Денег, по тем временам, у него было и правда очень много, целая пачка долларов. Кроме как для веселого и богатого отдыха, они служили Вадику, не очень эффективным, но довольно внушительным и пафосным веером. Выглядело это забавно и по-детски наивно.

Дискотеки в пансионате начинались в девять вечера, а заканчивались в одиннадцать, все нормальные люди подтягивались только к десяти, но на пустой танцплощадке, уже с самой первой песни, в одиночестве, самозабвенно танцевал взмыленный Вадим. Его душа требовала безудержного веселья и дорожила каждой секундой.

А уже в самом конце, когда ленивый деревенский диджей объявлял последний танец, Вадик вырывал из своего всемогущего веера большое, красивое перо и дискотека продолжалась с новой лазерной силой…

Спал неутомимый Вадим на удивление мало, с первым лучиком солнца, он как Дюймовочка от крота, уже бежал к утреннему морю.

Но время шло, отдых в пансионате потихоньку подходил к концу, да и денежный веер тоже слегка поредел и поистаскался.
Наступило последнее утро.

Загоревший и уставший от отдыха пансионат, гремя чемоданными колесиками, суетливо рассаживался в Икарусы, чтобы наконец отправиться в обратную дорогу домой.
Я встретил Вадима в коридоре, он был без сумки и какой-то необычно тихий и неулыбчивый. Тогда мне показалось, что просто не выспался.

Не глядя на него, я торопливо бросил:
— Давай, Вадим, догоняй, я займу тебе место.
— Ну, иди, иди, занимай…

Через несколько минут, когда, я уже сидел в автобусе и действительно охранял место рядом с собой, с улицы донеслись какие-то истошные женские крики и мужской мат, поднялась суета и беготня…

…Вадик в спортивном костюме тихо лежал на асфальте под балконом спального корпуса, а положение головы безапелляционно указывало, что он мертв.

Позже я узнал, что бедолага – Вадик, задолжал каким-то серьезным львовским бандитам очень большие деньги (тысячи три, а то и четыре), попал на «счетчик», понял, что уже не отвертеться, купил путевку в пансионат и решил свои последние 18 дней прожить на «всю катушку».

А когда в шесть утра безжалостные Икарусы своими гудками напомнили о конце жизни, Вадим написал маме письмо и как в море, прыгнул головой вниз с балкона третьего этажа…

…Да, пожалуй, хорошо, что я не стал рассказывать турецкому таксисту эту историю про веселого русского туриста Вадика, он все равно бы не понял ее, и не только из-за моего ущербного английского…

Автор: Storyofgrubas